Писатель Илья Розенфельд

Это случилось на ежегодном городском балу, где по роковой ошибке организаторов пересеклись все четыре стихии хаоса и порядка. Мерзопакостный и Гадкопротивный проникли туда первыми через вентиляцию. Они уже успели натереть перила лестницы салом и подменить весь элитный парфюм в дамской комнате на рассол от маринованных огурцов. Они предвкушали триумф, когда в зал вошли Чистоконкретный и Чистоплюй . Когда фанатики порядка сталкиваются с мастерами пакостей, даже идеальный бальный зал превращается в поле битвы хаоса и стерильности. Столкновение было неизбежным. Чистоконкретный замер на пороге. Его внутренний радар зафиксировал отклонение: сальное пятно на перилах нарушало коэффициент трения. — Помеха. Устранить, — скомандовал он сам себе. В это время Чистоплюй почувствовал запах рассола. Его лицо приобрело оттенок скисшего кефира. — Осквернение! — прошептал он, выхватывая золотой флакон с антисептиком. — Здесь пахнет... пролетариатом и овощным складом! Чистоконкретный действ...

Чистоконкретный — человек, для которого мир существует только в форме точных линий, строгих углов и идеально выверенных решений. Чистоконкретный — это мужчина-монолит. У него квадратная челюсть, которой можно колоть орехи, и стрижка «под линейку» — ни один волосок не смеет отклониться от заданного курса. Глаза холодные, как кафель в операционной, и всегда прищурены, будто он вычисляет КПД вашего присутствия в комнате. Он носит костюм-тройку стального цвета, который никогда не мнется: ходят слухи, что костюм просто боится его гнева. Рубашка накрахмалена так сильно, что воротничком можно резать хлеб, а на запястье красуются массивные часы, которые показывают время с точностью до миллисекунды и издают тяжелый, властный «тик», заставляющий окружающих выпрямлять спину. Говорит он короткими, рублеными фразами без лишних прилагательных, не понимает шуток и требует актуальный курс обмена, если слышит метафору «время — деньги». Его движения лишены суеты и всегда идут по кратчайшей траектори...