Сообщения

Синдром Пиноккио

Изображение
Он не был ловеласом, покорителем женских сердец или искушённым любовником. Обычный мужчина, каких тысячи, с вполне заурядным опытом, но огромным зудящим тщеславием. Всё началось на вечеринке, когда мужской разговор, как водится, зашёл о бывших. Опьянённый вниманием и желая казаться значительнее, он пустился в красочные описания безумной ночи с недосягаемой красавицей, которой на самом деле никогда не было. Он врал вдохновенно, в деталях описывая свой несуществующий триумф. И в тот самый момент, когда он произнёс: «Она умоляла меня не останавливаться», он почувствовал странное, пульсирующее напряжение ниже пояса. Тот самый момент на вечеринке, когда безобидная ложь начала превращаться в катастрофу. Сначала он решил, что это просто реакция организма на собственные фантазии. Но вернувшись домой, он остолбенел. Его достоинство прибавило в длину добрых три сантиметра. Это казалось чудом, благословением небес! Воодушевлённый нежданным подарком судьбы, он начал врать регулярно. На работ...
1 комментарий
Read more »

Il Guardiano Rosso sulle sponde del Caspio

Изображение
IN PRINCIPIO ERA LA CHIOCCIOLA... E apparve lontano dai laghi e dalle colline italiane, sebbene anch'essa vicino all'acqua: sulle rive del Mar Caspio, nell'antica città di Baku.  L'apparizione della prima chiocciola rossa sulle rive del Mar Caspio a Baku. Ma lì comparve ai nostri tempi, per ordine dello stesso bambino-demiurgo che sapeva spostare le sue figure nel tempo e nello spazio. Osservava il mondo e vedeva quanto fosse vulnerabile la vita. L'antico mare si ritirava, mentre vetro e cemento avanzavano inesorabili sulla natura. Una chiocciola vera è troppo fragile: è facile schiacciarla, può seccarsi sotto il sole cocente. E allora il bambino decise di salvare questo mondo a modo suo. Non era un distruttore, voleva preservarne la bellezza. Creò una creatura ideale, indistruttibile. La chiocciola rossa di plastica divenne il suo primo atto di creazione, un monumento eterno alla natura fragile, un segnale d'allarme e un simbolo di rinascita. Il bambino-demi...
Отправить комментарий
Read more »

La maledizione del coccodrillo lombardo

Изображение
 Tutto questo mondo, con i suoi laghi senza fondo, gli antichi castelli e le cime alpine innevate, non è che l'immensa proiezione di una stanza dei giochi da tempo abbandonata. Il Demiurgo era un bambino. Un giorno sparse sul tappeto una manciata di statuine di plastica: lumache giganti, rondini immobili, lepri spaventate. Nel suo gioco, ognuno ricevette il proprio destino, il proprio ruolo, la propria croce. Ma i bambini crescono, i giochi finiscono. Il Creatore lasciò la stanza senza curarsi di revocare i propri ordini. E i giocattoli abbandonati, avendo assorbito le scintille della sua fantasia, continuarono a vivere nel mondo reale, interpretando docilmente i ruoli assegnati nelle piazze e sui lungomari delle città italiane. L'elefante rosso divenne ostaggio della propria fedeltà. In quel gioco dimenticato, il Demiurgo stava costruendo una torre alta e complessa. Quando la struttura iniziò a inclinarsi minacciosamente, il bambino afferrò la statuina dell'elefante, la...
Отправить комментарий
Read more »

Планета смотрящих назад

Изображение
Планета Описма — мир смотрящих в прошлое. Это место, где древнее талмудическое философское изречение о том, что «у человека глаза на затылке», обрело плоть и было доведено до абсолюта. Здесь физиология напрямую диктует философию: человек способен ясно видеть только своё прошлое, оставаясь абсолютно слепым к будущему, в которое вынужден идти спиной вперёд. Кожа на спине и затылке при этом устроена как полноценный орган чувств: она улавливает малейшие перепады рельефа, потоки воздуха и дрожь почвы под ногами, превращая ходьбу спиной вперёд в отточенный рефлекс, а не слепой риск. Но дальность этого чувства не превышает шага: оно спасает от кочки под ногой, но ничего не говорит о том, что ждёт в десяти шагах впереди, — там по-прежнему царит полная неизвестность. Лицо и глаза жителей Описмы обращены туда, откуда они пришли. Строение их суставов идеально приспособлено для движения спиной вперёд. Восприятие пространства в этом мире абсолютно конкретно: прошлое — это буквально то, что рассти...
Отправить комментарий
Read more »

Пока мяч не коснулся травы

Изображение
Реальность сжалась до шести дюймов диагонали. Комната давно превратилась в тёмный, лишённый кислорода склеп. Единственным источником света оставался экран смартфона, заливавший лицо мертвенно-синим и кислотно-золотым мерцанием. Палец механически касался стекла. Кнопка «Спин». Барабаны на экране завертелись под раздражающе весёлую 8-битную мелодию. Три вишенки. Три семёрки. Вспышка. ДЖЕКПОТ! Дешевая анимация рассыпала по экрану нарисованные монеты. Баланс в левом верхнем углу обновился, прибавив еще несколько нулей. Теперь там значилась сумма, сравнимая с бюджетом небольшой страны. Он не чувствовал радости, только лихорадочный, болезненный озноб. Час назад, когда всё только началось, он решил перевести дух и смахнул шторку уведомлений. Среди спама висела срочная новость от финансового агрегатора: «Аномалия на торгах. Сингапурская биржа приостанавливает работу из-за беспрецедентного оттока ликвидности» . Тогда это показалось совпадением. Но он нажал «Спин» снова. Выпали три кри...
Отправить комментарий
Read more »

The Sirmione Elephant

Изображение
Sometimes the red elephant had dreams — rare, heavy, like the slow movement of tectonic plates. In these dreams, he tried to comprehend his own nature and that immutable burden entrusted to him amidst absolute emptiness. In some visions, it seemed to him that he was an ancient Sisyphus, but turned inside out, subordinated to a different, much more sophisticated law. The Greek Sisyphus is doomed to eternal, furious movement, to an endless struggle with gravity and the steepness of the slope. The elephant understood that his fate was exactly the opposite, yet no less crushing. He was not a prisoner of a rolling stone, nor a slave to dynamics. His curse, his absolute duty, was total, frozen immobility. The elephant realized he was doomed to remain a static statue, a point of absolute rest. In this dream, the white cube existed only as long as the red shoulder touched it. Had the elephant taken even a single step aside, shifted from foot to foot, or yielded to a moment of weakness, the f...
Отправить комментарий
Read more »

L'Elefante di Sirmione

Изображение
A volte l'elefante rosso faceva dei sogni — rari, pesanti, simili al lento movimento delle placche tettoniche. In questi sogni, cercava di comprendere la propria natura e quell'immutabile fardello che gli era stato affidato in mezzo al vuoto assoluto. In alcune visioni, gli sembrava di essere un antico Sisifo, ma capovolto, subordinato a una legge diversa, molto più sofisticata. Il Sisifo greco è condannato a un movimento eterno e furioso, a una lotta infinita contro la forza di gravità e la pendenza del pendio. L'elefante, invece, capiva che il suo destino era l'esatto opposto, ma non per questo meno schiacciante. Non era prigioniero di una pietra rotolante e non era schiavo della dinamica. La sua maledizione, il suo dovere assoluto, era un'immobilità totale e congelata. L'elefante si rendeva conto di essere condannato a rimanere una statua statica, un punto di riposo assoluto. In questo sogno, il cubo bianco esisteva solo finché la spalla rossa lo toccava. S...
Отправить комментарий
Read more »