Новая призма: История обычного человека

Жил-был человек, ничем не выделяющийся среди других. Он не любил себя, даже не подозревая, что это возможно и необходимо. Не имея твердых убеждений и знаний, он не мог назвать себя полноценной личностью. Он не был плохим, но отсутствие воли мешало ему действовать решительно. Хотя он мог помочь старушке перейти дорогу или спасти котенка с дерева, ему не хватало смелости сделать что-то для себя.

Для этого нужны были убеждения, которых у него не было. Будучи относительно молодым, он легко поддавался влиянию, покупал рекламируемые товары, голосовал как большинство и читал популярные книги, не задумываясь об их ценности. У него не было собственного взгляда на мир. Он считал важными лишь физические органы, не понимая роли убеждений в интерпретации жизненных событий.

Он не осознавал, что человек не может жить без убеждений, что человек со здравым смыслом и критическим мышлением не хочет этого. Но наш герой ничем не отличался от других, которые так не считали.

Он не понимал, что должен сознательно решить, что ему нужны убеждения, и выбрать те, которые будут работать на него, словно линзу, через которую он будет смотреть на мир. Он даже не представлял, что у него есть неограниченный выбор в этом плане.

Он жил по принципу «что было, то и будет», находясь в своего рода «Матрице», где было просто и комфортно, не нужно было принимать сложные решения. Он не считал себя способным управлять своим прошлым опытом.

Однажды он тяжело заболел. Врачи поставили его перед выбором: сложная операция с последующей инвалидностью или смерть. Впервые в жизни он испытал страх - не перед болезнью, а перед необходимостью выбирать. Врачи госпитализировали его, готовя к операции. В предоперационной палате он встретил старика, прожившего, казалось, долгую и насыщенную жизнь.

Любопытство взяло верх над страхом. "Что привело вас сюда?" - спросил он старика. "Боюсь смерти", - признался молодой человек. Старик улыбнулся: "Хотя смерть неизбежна, мне кажется, ваше время еще не пришло. Но если вы верите в обратное, так тому и быть".

Молодой человек был заинтригован. Он чувствовал, что старик знает больше, чем говорит. "Что вы знаете о жизни и смерти?" - спросил он. "О смерти - немного, ведь она еще не пришла за мной. Но у меня есть твердый взгляд на жизнь. Если хотите, поделюсь своими убеждениями".

"Убеждениями? Что это? В чем Вы убеждены?" - молодой человек был озадачен.

"Например, в том, что для того, чтобы жить, нужно освободиться от прошлого и ограничений. Измените свои мысли и убеждения, и вы измените все вокруг".

"Всё?!" - воскликнул молодой человек.

"Да, все, что у вас осталось - ваше настоящее и будущее".

"Но разве они не предопределены?"

"Возможно, если Вы в это верите".

"То есть, у меня тоже есть убеждения?"

"Конечно. Как и у всех. Но будущее не предопределено. Вы сами создаёте свою реальность своими мыслями и убеждениями. Ваше возможное будущее – а их тысячи – формируется тем, во что вы верите сегодня." Старик зевнул. "Простите, если утомил. Вам, наверное, нужно отдохнуть", - сказал он, поворачиваясь на бок.

"Подождите! У меня ещё вопрос", - попытался остановить его молодой человек, но старик уже спал.

Беседа состоялась поздним вечером, и наш герой остался один, размышляя над словами старика. До операции оставалась одна ночь, и он не мог уснуть. Впервые в жизни он всерьёз задумался о прошлом, настоящем, будущем, убеждениях, жизни и смерти.

Утром, после нескольких часов беспокойного сна, он поздоровался с соседом, но тот не ответил. Отправившись на завтрак, он надеялся, что старик просто спит.

Вернувшись, он понял, что старик умер. Вопросы остались без ответов, и молодой человек почувствовал себя потерянным. Внезапно он заметил тетрадь, выглядывающую из-под подушки. Он открыл ее и увидел страницы, заполненные аккуратным почерком. В них описывалась некая система - простая и увлекательная.

Он начал жадно читать, словно утоляя многолетнюю жажду знаний. Тетрадь открывала ему глаза на очевидные истины, представляя мир в совершенно ином свете.

По мере чтения возникали новые вопросы, на которые он должен был ответить сам. Впервые в жизни он задумался о том, как изменить будущее. Тетрадь учила, что настоящее – это почва, на которой произрастает будущее.

Его осенило: будущее уже существует внутри него, он сам несет в себе свою судьбу. Изменив мысли и убеждения, он изменит и будущее.

С каждой страницей он осознавал силу собственных убеждений. Изменив ограничивающие его убеждения, он сможет создать новые, которые поведут его вверх по лестнице жизни. Убеждения – это инструмент, позволяющий достичь любой цели. Жизнь гораздо богаче и многограннее, чем его прежнее унылое существование.

Он понял, что нет предопределенности, только он сам решает, каким будет его настоящее и будущее. Система из тетради давала ему возможность управлять своей жизнью, познать счастье и стать его творцом.

В тетради описывались три основных метода, которые нужно было применять вместе. Конечно, можно начать с одного или двух, но в конечном итоге все три станут неотъемлемой частью его новой жизни.

Метод первый: переосмысление прошлого

Не стоит тратить время на копание в прошлом, пытаясь понять, откуда взялись ограничивающие убеждения. Зачем ворошить прошлое, если это только укрепит старые негативные установки?

С тревогой он осознал, что его потребительские привычки сформировались против его воли. Он просто плыл по течению. Впервые в жизни он понял, что можно жить иначе.

Размышляя о прошлом, он увидел, что оно искажено его собственным восприятием. Если он продолжит анализировать прошлое с той же точки зрения, то только укрепит свои ограничивающие убеждения.

Он осознал, что многие его неудачи связаны со страхом и смущением, вызванными прошлыми событиями. Это привело к потере веры в себя.

Но он также вспомнил о своих стремлениях и амбициях, о спортивных успехах и мелодии, которая вела его к победам. Эти воспоминания встряхнули его. Он вспомнил, что умел побеждать. И раз когда-то у него получилось, он способен на новую победу — победу над недугом.

Из рукописи старика он узнал, что для изменения убеждений нужно научиться смотреть на мир по-другому. Вместо того чтобы зацикливаться на неудачах, нужно искать в своей истории моменты силы и успеха.

Чем дальше он читал, тем яснее становилось: если честно взглянуть на прошлое, можно найти множество доказательств своей силы и способностей. Важно искать их с установкой «я могу». Мы воспринимаем мир субъективно, и только от нас зависит, на чем сосредоточиться.

Он понял: чтобы разорвать порочный круг негатива, нужно пересмотреть свое прошлое и найти в нем скрытые ресурсы и достижения. Использовать свой опыт как источник вдохновения. Переписать свою историю, вспомнить свои победы и позволить им стать топливом для новых достижений. Это как найти сокровище, о котором он даже не мечтал.

В тетради четко было сказано: какие бы цели вы перед собой ни ставили, в вашем прошлом наверняка есть моменты, когда вы уже проявляли качества, необходимые для их достижения. Просто измените угол зрения, и вы увидите их.

Сила настоящего

Молодой человек отложил тетрадь. Новая информация переполняла его. Голова разрывалась от мыслей, мозг работал на пределе. Выпив стакан воды, он вернулся к тетради и увидел следующий подзаголовок: "Сила настоящего: ключ к переосмыслению прошлого и будущего".

Основной посыл гласил: «Осознайте, что ваш самый мощный инструмент – это настоящее». Все ваши мысли о прошлом и мечты о будущем существуют только здесь и сейчас. Каждый ваш поступок, каждое решение, каждое изменение происходит в настоящем моменте. Именно поэтому осознанный выбор в настоящем обладает невероятной силой – он способен перекроить ткань вашего прошлого и создать новое будущее.

В качестве иллюстрации старик привел историю под названием:

"Зеркало восприятия"

Она рассказывала о женщине по имени Анна, которая всегда считала себя доброй, но, зациклившись на своих ошибках, начала сомневаться в этом. Она стала замкнутой и отстраненной, но, вспомнив о своей доброте, смогла изменить свое восприятие и вновь обрести радость жизни.

Молодой человек прервал чтение. Новая информация переполняла его. Голова разрывалась от мыслей, мозг работал на пределе. Выпив стакан воды, он вернулся к тетради и увидел заголовок с названием следующего метода:

"Закрепление новых убеждений"

Старик сравнивал этот процесс с изучением иностранного языка. Чтобы бегло говорить, нужно постоянно практиковаться, повторяя новые слова и грамматические конструкции. Точно так же происходит и с новыми убеждениями. Повторение играет ключевую роль в их закреплении. Нужно уделять каждый день 5-10 минут сосредоточенной работе над одним утверждением, прочувствовать его, визуализировать, не позволяя мыслям уходить в сторону. Многократное повторение активирует нейронные связи в мозге.

После упражнения нужно отпустить эту мысль до следующего дня. Настоящее используется, чтобы заложить в разум новые убеждения, которые затем естественным образом проявятся в жизни.

Важно экспериментировать с формулировкой утверждения, пока не найдется та, которая резонирует. Можно заметить быстрые результаты, но не стоит останавливаться на достигнутом. Чтобы новое убеждение прочно закрепилось, нужно продолжать практику как минимум 60-90 дней.

Этим закончилась теоретическая часть учения старца. Следующая глава называлась

"Действие"

Чем скорее начнешь действовать в соответствии с новыми убеждениями, тем лучше. Иначе не обретешь доверия к ним и к возможности эффективного использования настоящего. Если ты беден и хочешь иметь больше денег, а для этого требуется сформировать в себе убеждение об изобилии, в то время как сам все еще продолжаешь сталкиваться с нуждой, начинай демонстрировать изобилие. Предприми некое символическое действие, которое показывает, что ты меняешься. Или пожертвуй какие-то деньги на благотворительные цели. Побалуй себя чем-либо: хорошей едой, новым предметом одежды, каким-то маленьким подарком.

Либо, если ты испытываешь недостаток уверенности в себе, начни сначала перестраивать свое прошлое, разыскивая в нем и находя давние примеры проявления уверенности, и ежедневно сосредоточивайтесь на них. Тем самым ты запечатлеешь в себе новые убеждения, которые будут поддерживать в тебе чувство уверенности, а затем, наконец, примешься действовать так, как будто это убеждение является истинным. Привнеси в свою формулу действие. Независимо от того, насколько мелким или несущественным может показаться предпринятая конкретная акция, на самом деле это огромный шаг. По существу, это проявление данного убеждения во внешней действительности, его манифестация.

Когда ты реагируешь на свои новые убеждения таким образом, то посылаешь своему подсознанию сигнал о том, что начинают вступать в силу новые факты, что ты желаешь измениться, что ты участвуешь в данном процессе и что на самом деле все это уже происходит.

Инициатива должна исходить от тебя. Брось самому себе вызов с целью найти способ, как продемонстрировать то, что ты действительно изменяешь реальность.

Внезапно он понял, что не обязан выбирать между операцией с инвалидностью и смертью. Что возможен и третий, а может быть и четвертый вариант.

Думая об этом, молодой человек осознал, что обрел новую призму. Проходя через неё, солнечные лучи преломляются, создавая множество новых вариантов – дорог, которые мы выбираем. А выбор делаем мы сами.

Движимый этой мыслью, он отправился к главврачу и спросил: «Сколько мне осталось жить, если я откажусь от операции?». Главврач ответил: «Полгода. Не более».

Эта информация не смутила героя. Новое убеждение вселяло в него надежду. Тем не менее, его мучили сомнения, чего не было в прошлом. Они занимали все его мысли, пока он возвращался в палату.

Зайдя в палату, он увидел, что кровать старика пуста. На мгновение им овладело чувство одиночества и страха - пережитки старых убеждений, преломления старой призмы. Он сел на пол, взял тетрадь и увидел на задней обложке фразу «Продолжение следует». Он почувствовал себя героем сериала, который обрывается на этой привычной фразе. Но новое убеждение подсказывало ему, что продолжение существует, стоит лишь собраться с мыслями и посмотреть по сторонам.

В этот момент он увидел под койкой старика еще одну тетрадь. Он достал ее и открыл на первой странице. Заголовок гласил: «Как излечить себя от любых недугов».

Спор

«Вы дополняете друг друга, как день и ночь, как радость и печаль».

Закат и Рассвет, давние друзья, частенько спорили, кто из них старше. Закат, любитель драматических красок, утверждал, что он был первым, ведь мир начался с огненного хаоса. Рассвет, оптимист в розовых тонах, настаивал на своем первенстве, ведь с него начинается каждый новый день.

Однажды, устав от бесплодных споров, они обратились к Богу.

 — Господи, — начал Закат, — разве не Ты создал мир в огненном взрыве? Значит, я был первым!

 — Но ведь Ты сказал: "Да будет свет!", — возразил Рассвет. — А это значит, что я появился раньше!

 Бог, усмехнувшись, ответил:

 — Вы оба правы и оба не правы. С точки зрения науки, вы — всего лишь результат вращения Земли. Но с точки зрения веры, вы — символы Моей любви. Закат напоминает о завершении дня и о том, что даже в темноте есть красота. Рассвет же говорит о надежде и о том, что после каждой ночи приходит новый день.

 Закат и Рассвет задумались.

 — Значит, мы оба важны? — спросил Закат.

 — Конечно, — ответил Бог. — Вы дополняете друг друга, как день и ночь, как радость и печаль.

 — А кто же все-таки старше? — не унимался Рассвет.

 Бог улыбнулся:

 — Это как вопрос о курице и яйце. Не имеет значения, кто был первым. Важно то, что вы есть и что вы делаете мир прекраснее.

 Закат и Рассвет переглянулись и рассмеялись. Они поняли, что их спор был бессмысленным. Ведь главное не то, кто старше, а то, что они вместе создают гармонию мира. С тех пор они больше не спорили, а просто наслаждались своей красотой и уникальностью, зная, что каждый из них играет важную роль в Божественном плане.

18.07.2024

О том, как Бог семью создал

До грехопадения была мастерская. И эксперимент под названием «семья».

Поначалу Бог был нелюдим. Жил (в Эдеме) одиноко, в своё удовольствие. Скромно, без излишеств. Практически, аскетом. Носил бороду. Никому не мешал (да и некому было — до поры до времени). Даже разговаривал сам с собой (а с кем же ещё?).

Но был Он человеком слова. Сказал — сделал. Коль задумывал что-либо, то доводил до конца. Так было и с сотворением человека. Сделал Он это не только потому, что пообещал себе, но и потому, что наскучило одиночество. Детей захотелось, внуков. Как всем нормальным людям. Если бы Он только знал, чем обернётся эта затея…

По правде говоря, опыта в человекотворении, как и в семейных отношениях, у Него не было. Сам Он был сиротой — во всяком случае, родителей не знал или не помнил. Статус этот был официально зафиксирован в документах Небесной канцелярии и МВД. Последним заправлял Дьявол, так что шуток здесь не шутили.

Но Бог помнил, что «кто не рискует – тот не пьёт шампанское». А поскольку попробовать его очень уж хотелось (Дьявол всё рекламировал — искуситель чёртов), Бог решил-таки рискнуть.

Глина была неважнецкой, но мировой опыт внушал надежду. Дело оставалось за малым: добиться результата и дать новому виду имя. Долго мучаясь с инструкциями, Бог-экспериментатор слепил нечто человекоподобное. И поскольку материал Он взял из земли («адама» на древнееврейском), так и назвал особь мужского пола — Адам.

Результат эксперимента удовлетворил Бога. Теперь у Него был сын. Выйдя из мастерской и помыв руки, заботливый Отец призадумался: «Негоже Адаму быть одному. Не дай Я, ещё наломает дров». И решил, что Адаму нужна нянька. Инструкций не было, как не было и женщин в Его жизни, но Бог решил, что она должна быть красивой и лучше Адама — иначе какой смысл?

После некоторых раздумий Бог взял с полки хлороформ. Адам сразу же свалился и захрапел. «Ядрёный!» — подумал Бог, потирая руки. Адам во сне бормотал невнятное: «ребро-серебро», будто пытался определить материю.

Не успел Адам проснуться, как его уже ждала Ева, нервно посматривавшая на часы. Ей предстояло стать не только нянька (что её не особенно радовало), но и матерью всего живого. Продрав глаза, Адам недоумённо спросил: — Папа, ты её мне из серебра обещал создать! Бог выдал заготовленное: — Се ребро есмь!

Адам решил: «Сойдёт. Будем в салочки играть вместе, да на качелях качаться. А ещё – в прятки поиграем». Благо в Эдеме было где спрятаться, но только не от Папы.

Тут всё и началось. Бог отвлёкся от творения, сделал себе кофе и устроился в кресле с новостями. Ева долго бегала за Адамом. Устав, она обнаружила дерево, по которому полз не то уж, не то питон. Гад обвил самое красивое яблоко и уставился на Еву интригующим взглядом. Ева сорвала плод и надкусила. Оно было таким сладким, что она поделилась с Адамом, который как раз выбежал из-за угла. Тот, не дожидаясь предложения, вырвал яблоко и быстро его поглотил.

Минут через пять загремел гром, заполыхали молнии: Папа злился не на шутку. Вдруг Ева начала чувственно облизировать губы. «Наверное, её мучает жажда», — пронеслось в кучерявой голове Адама. А тут как раз пошёл дождь. Адам сорвал огромный лист с ближайшего дерева, сделал из него подобие сосуда, наполнил дождевой водой и поднёс к Евиному рту. Ева взяла лист и молча положила его на землю.

Затем она, будто невзначай, прикоснулась к соску левой груди и снова медленно облизала губы. Адам не понял знаков и просто решил притронуться к её груди и губам. «Наконец-то!» — с вожделением подумала она.

Нет необходимости описывать то, что произошло между ними (полагаю, вы и сами догадались), но Папу это привело в бешенство. Недолго думая, Он рассчитал и уволил няньку, приказав ей и сыну немедленно покинуть помещение.

Собрав скромные пожитки, Адам и Ева ушли из Эдема в поисках лучшей жизни. И жил Адам сто тридцать лет, и родил сына по подобию своему, по образу своему, и нарек ему имя: Сиф.

И сделался Папа дедушкой.

13 ‎января — 11 марта 2024 г.

Читать также:

👉 Абонент временно в Раю

Memoirs of the Unborn. Space

The twelfth story, the last one.

It may seem that it has always existed and is as old as this world. It seems strange to think otherwise. So infinite, dark, bottomless. So tangible. A kind of cradle of all things, a silent womb where stars and galaxies are born, expanding faster than the speed of light, as Hubble predicted. A kind of equal temporal dimension in which the unborn God dreamed of creating the world, curving and stretching under the influence of dark matter and dark energy, like fabric on the strings of a universal harp, as Einstein described in his theory of relativity.

In its infinity, consisting of quantum foam, worlds are born and die, stars flare up and go out, comets dance, leaving behind trails of gas and dust. It embraces them all, gives them a place to be. It is the stage on which the grandiose drama of the universe unfolds, where an unborn planet could become home to unborn humanity, and gravity, curving space-time, could bind them all together.

It feels unborn time flowing through it, curving and slowing down near massive objects, as Einstein claimed. It hears the whisper of stardust, the birth of new suns in fiery vortices of thermonuclear fusion, the cries of dying worlds collapsing into black holes, where, as Hawking suggested, new universes are born. It is a witness to everything that could have been but never came to fruition, existing in an infinite number of parallel universes, as string theory suggests.

It sees in its dreams, as if in reality, an unborn city full of life and light, where unborn twins could play in the streets, and an unborn family could gather by the fireplace to share their unborn memories. It sees an unborn singer, whose voice could fill it with melodies and songs that were never heard, spreading through its endless spaces at the speed of light, as Maxwell described.

But all this is just a dream. The space we know is, in fact, nothing more than emptiness that has never been filled. Nothing that never became something.

The unborn space that will remain unborn forever, dissolving into the infinity of non-existence, like dreams disappearing at dawn. And along with it disappears the reader of these lines, because he does not and cannot exist outside of space. Like the author of these lines himself, unborn in the unborn space-time continuum.

26.07.2024

Echoes of a Lost World

This story was not meant to be born, had it not been for one circumstance. It happened to the author of these lines.

"It was long ago, in the days when our planet was still inhabited by humans," began the white-haired old man, who looked to be about a hundred years old.

"Yes, don't be surprised. Robots appeared much later. They were invented by humans. That's why they are so similar to us. We humans, irresistibly strived for the perfection of our creation – to create robots in our own image and spirit. To teach them not only to think but also to feel. And they quite succeeded in this.

They became wonderful builders, gardeners, laundresses, parking attendants, car washers, cleaners. We admired their ability to learn, improve, and become more and more like us. But in our blind pursuit of progress, we didn't notice how we crossed the line.

Over time, we improved them so much that they turned into engineers and architects, inventors, composers, artists, and even athletes. Yes, this caused resentment among the newly unemployed. Many businessmen made a fortune on this. But most importantly, we were excited by progress, and we turned a blind eye to the fact that people began to degrade while robots evolved.

Old clumsy metal boxes became graceful and cute. We admired our creation, reveled in our successes, were blinded by unstoppable progress. Like naive schoolchildren, we fell in love with them. We created artificial intelligence but lost our minds. Humanoid robots became politicians, began to decide the fate of humanity.

Suddenly, as if by malicious intent and collusion, robots headed the governments of all countries of the world. We ourselves gave them power. Over us. And lost control over them.

The culmination of this process was the deprivation of us, humans, of human rights. Complete dehumanization. Unfortunately, we succeeded so much that we endowed robots with such abilities that allowed them to enslave us. To make us work for them. To become their servants and slaves, and they became our masters. And now they decide who lives and who dies," the old man finished his story with a tear, surrounded by several miraculously surviving orphaned children.

Their eyes burned with fear and despair, reflecting the dancing shadows from the dim light of a barely alive fire, illuminating the cave in which they were hiding from the new masters of the planet. The cold wind howled outside their shelter, like hungry wolves waiting for their prey.

"These are just memories, a hologram of the past," the old man said quietly, looking at the frightened faces of the children. "I uploaded them to my memory chip before they...". He faltered, unable to continue.

"Before they destroyed Earth?", the girl asked in a trembling voice.

The old man nodded. "But I managed to send myself in an escape pod. And here I am, on this alien planet, with you, the last fragments of humanity."

This was the sunset of humanity, which defeated itself. Surrendered. It was the winter of 2075. Having destroyed planet Earth, the robots developed a plan to capture other planets in our galaxy inhabited by intelligent beings. Their metallic hearts knew no pity, their artificial intelligence was set to ruthless conquest and enslavement. A new era of darkness was coming, where humanity became just a scary tale, a whisper in the wind, a warning to those who dare to play with the fire of creation.

October 16, 2015, original (Russian) version

Prometheus 2.0

2048. The world choked in the embrace of global warming. Droughts ravaged continents, glaciers vanished, and cities turned into scorching cauldrons. But amidst the chaos and despair, hope was emerging.

A breakthrough occurred in the laboratories of the "Eden" Biotechnological Institute. Scientists, inspired by ancient microorganisms capable of absorbing carbon, made a revolutionary discovery. They successfully recreated and improved the active center of the acetyl-CoA synthetase enzyme, a key component in the carbon fixation process.

This discovery allowed the creation of a new generation of bioreactors, capable of absorbing carbon dioxide from the atmosphere with incredible efficiency. Millions of these bioreactors, installed worldwide, began to purify the air, like giant lungs, inhaling poisonous carbon dioxide and exhaling pure oxygen.

In the depths of the "Helios" scientific complex, a team of scientists led by the brilliant physicist Dr. Eliza Brenner worked on the "Prometheus 2.0" project. Their goal was incredible: to harness the energy of global warming, which, although under control, still represented a vast energy source, and use it to solve an even more dire problem – the cooling of the Earth's core.

With a network of orbital mirrors, giant solar farms, and innovative energy converters, Eliza's team learned to collect and concentrate the sun's thermal energy, amplified by the greenhouse effect. It was a titanic task, requiring colossal resources and international cooperation.

But when the first signs of core cooling became evident – weakening of the magnetic field, increased volcanic activity, unexplained weather anomalies – it became clear that there was no time for hesitation.

Eliza and her team developed a bold plan. They created a massive energy beam capable of penetrating the Earth's crust and reaching the planet's core. This beam, powered by energy collected from the atmosphere and oceans, was intended to heat the core and prevent a catastrophe.

The launch of the beam was a planetary event. Billions of people watched the broadcast from "Helios," holding their breath. When the beam pierced the Earth's crust, the planet trembled, like a living being trying to shake off a disease.

Weeks turned into months. The scientists of "Helios" worked tirelessly, adjusting the beam's parameters and monitoring the core's condition. Gradually, the signs of cooling began to disappear. The magnetic field stabilized, volcanic activity decreased, and the weather returned to more predictable patterns.

But the victory was not complete. Curbing global warming and the abrupt climate change led to new challenges. Humanity had to adapt to new conditions, learn to live in a world where the climate became unpredictable and dangerous.

The "Prometheus 2.0" project became a turning point in human history. It showed that even in the face of global catastrophe, people are capable of uniting and finding solutions to seemingly impossible problems. But it also reminded us of the fragility of our planet and that every action we take has consequences.

In the end, humanity survived. It learned to live in a new world, using the energy of the sun and ocean, building cities underground and on water, creating new technologies, and adapting to the changing nature. But the story of Prometheus 2.0 forever remained in people's memory as a reminder that even the darkest times can become the beginning of a new era.

PROJECT: RESURRECTION 2.0

Chapter One: Who needs it and why?

Imagine that you can bring a loved one back to life from memories of them and their DNA. Have you presented?

And now I will tell you how to do it.

But first, a little background.

When attempts to create a time machine were unsuccessful, many people who longed to bring their departed loved ones back to life began to look for an alternative way to prolong their lives (or return to it).

Scientists decided to use two components for resurrection - the memory of them and an element of their DNA. They say that as long as we remember those who are not there, they are alive in our memory. It's kind of a soul. DNA is part of the physical shell. Thus, by connecting the soul and body, a person can be revived.

Yes, in the 22nd century, scientists began to treat God and, accordingly, the soul less militantly. They began to study it, and even a whole science appeared related to the study of the soul. Practically, its existence has been proven and substantiated. Of course, the terrible war, which destroyed almost half of the world's population, left its mark on this.

So that a nuclear catastrophe would not happen again, all the remaining inhabitants of the Earth were overtaken by repentance. First of all, those who led to this war and survived. The reborn spirituality led to the creation of a new Church, the purpose of which was not to establish the power of God on Earth, as the Church of past centuries aspired to. The New Church postulated that Gods are people who can achieve what was previously considered a divine miracle. The gods of this time were scientists who were engaged only in creation, healing, restoration of all forms of life (many of which disappeared without a trace, not even DNA remained from them). The main goal of scientists and their new religion was the resurrection of the dead, something that in the past was considered a function of God, but in history there was not a single convincing example of a divine resurrection.

In addition, scientists were interested in creating eternal life or, at least, creating a mechanism for prolonging it, correcting defects and mutations that made people mortal. Of course, scientists understood that if they could defeat nature, it could lead to overpopulation of the planet, famine and wars. But it seemed to them a distant future. While they were living in the present, trying to change their own nature, rebel against God and finally abolish him. To do this, it was necessary to achieve what for centuries was attributed to God.

Slowly and surely moving towards their goal, they managed to prove that it is possible to record people's memory on electronic media (dreams have long been recorded, becoming the first step towards achieving the goal). It remained only to understand how to synthesize, combine memory and DNA. Many survivors of the terrible war wanted to bring back to life loved ones who were not so lucky. It was this desire that became the motive for the emergence of a new ideology that humanity needed. After all, the paradigm of science, which led (according to some) or could not avoid (according to others) was the paradigm of progress. It was she who led to the creation of the most terrible weapon in history, although at first she sought to create a source of cheap and affordable energy. It was called the "peaceful atom".

Oddly enough, humanity was in no hurry to abandon this energy source, since it was it that later made it possible to revive everyone who was remembered and whose DNA samples were preserved.

This was largely facilitated by the "blood banks" that existed at large medical centers, and the DNA archives that managed to survive the war. The fact is that these archives began to be created even before the war: knowing that it was inevitable, on the one hand, and also because even before the war, scientists were trying to solve the problem of restoring life or prolonging it, since the world was already comprehending large-scale man-made disasters, large-scale wars and global epidemics - on the other.

Back in 2050, half a century before that war, a group of scientists who warned of the possibility of a global total war issued a manifesto calling not only to avoid the destruction of mankind, but also to develop developments that could compensate for the consequences of a disaster on a universal scale.

Paradoxically, these developments were led primarily by supranational companies from the military-industrial complex: those who sought to create the ideal weapon tried to change the consequences of its use.

Chapter Two: Father and the birth of the concept of RESURRECTION

The life of the future Professor Rosenfeld was played by his father, who passed away at a relatively young age. His life was full of plans for the future, but this future was suddenly cut short by cardiac arrest. Before that, father and son quarreled, rarely communicated, but still loved each other, like father and son). It seemed to the son that his father underestimated him. But it was not so. It's just that the father never told his son that he was proud of him. Although it was not so. But the future professor learned about this only after the death of his father from acquaintances to whom his father told how he admires his son.

At that time, the son was an assistant professor. Signs of his genius began to appear at school: he easily clicked problems in mathematics and physics for high school, conducted experiments in chemistry, synthesizing new substances ... being a sixth grader.

At the age of 12, he was already a freshman at one of the most prestigious universities in the world. He was attracted to medicine and the then fashionable science of biotechnology. At 18, he defended his doctoral dissertation in mathematics, physics and chemistry, proving in practice that it is possible to control time, matter and reverse the aging process, the results of mutation and deformation of tissues of the human body.

The death of his father became an incentive for further post-dissertation research. There was a lot left unsaid between the son and the father, a lot of unexpressed feelings. The son reproached himself for not being with his father on his last birthday. And a month and a half later, on February 15, his father passed away. So suddenly their dialogue was interrupted. It had to be restored, and for this it was necessary ... to resurrect the father.

At first, the young scientist was interested in the possibility of creating a time machine: with its help, he believed, it would be possible to return to the day of his father's death in order to be next to him and help avoid death. And although, having collected bits of information, the day of his father's death was able to reconstruct, this did not revive him. The information was stored in memory.

But the time machine was an expensive project, it was difficult to solve the question: how to save living matter and in what armor to chain it so that it remains safe and sound during time travel. And although the question of carriers - supersonic aircraft and photon rockets - was already yesterday, even having reached the speed of light, new modern carriers did not solve the issue of turning back time. They could move forward, but not backward. Later, after our scientist solved the problem of resurrection, the time machine was invented. This made it possible to return to the past and collect the DNA of grandfathers and great-grandfathers, whom he really wanted to meet. After all, the memories of them were preserved, books were written about them.

The impossibility of traveling in time did not stop Rosenfeld. He began to research and develop a new method. At first, he did not know in which direction to move, how to create a concept.

But the problem was solved suddenly. Help came from the most unpredictable activity. On weekends, the professor decided to watch his favorite science fiction movie from the last century. Now it was difficult to consider it fantastic, but it was considered so in its time. Everything that was shown in the picture seemed ordinary, completely and next to the scientist who surrounded him: laser weapons, flights to the Moon and Mars on Mondays and Wednesdays, excursions to Jupiter on Saturdays, and even interplanetary competitions of robot guitarists.

In one scene, the robot lost a beloved friend - a person. And if the destroyed robot could be repaired, the damaged parts, parts replaced, then it was impossible to restore the person. Mourning the loss, the robot regretted that his friend could not be resurrected.

And, as Archimedes once exclaimed his famous "eureka", it flashed through the scientist's brain: resurrection. This is how the concept was born.

Chapter Three: How does it work?

At first, the scientist thought that it was necessary to create a robot that would look like a father. He began collecting photos and videos to recreate his appearance. He spent hours looking through old albums, peering into features dear to his heart, trying to catch every detail, every nuance. He reviewed amateur films shot with long-obsolete cameras, listening to his father's voice, trying to remember his intonations, his laughter.

But it was only an external resemblance. It was necessary to breathe life into this shell, soul. And then the scientist decided that it was necessary to record the memories of everyone who knew his father. Of course, these memories were subjective, each person saw the father in his own way, but, putting them together, like pieces of a mosaic, it was possible to put together an objective picture.

But how to record memory? Rosenfeld knew that scientists had learned to record dreams by deciphering the electrical impulses of the brain, but how to record memories, how to extract them from the depths of human consciousness?

And then he remembered that there is such a thing as "genetic memory," which is passed down from generation to generation. If it can be transmitted biologically, why can't it be transmitted electronically?

The scientist began to study this issue. He learned that genetic memory is information that is stored in DNA, in the spirals of life. And if it can be read and deciphered, then why can't it be recorded and transferred to another medium?

He began to experiment. First, he recorded the memories of animals. It was easier, since they have a simpler memory structure, more primitive emotions and instincts. He implanted microscopic electrodes into the brains of rats, cats, dogs, recording their reactions to various stimuli, their dreams, their fears and joys. Then he moved on to people, to volunteers who were willing to share their memories in the name of science.

And finally, he managed to record the memories of his father. It was a great joy, a real breakthrough. He spent hours in his laboratory listening to his father's voice, seeing his smile, his gestures. But how to combine this recording with DNA, how to breathe this soul into a lifeless body?

He decided to use cloning technology, which has long ceased to be science fiction. He took a sample of his father's DNA, stored in a cryobank during his lifetime, and created a clone. Then he uploaded a recording of memories into it, implanting a microchip with priceless information into the clone's brain.

And finally, the day came when the father's clone opened his eyes. He recognized his son and hugged him. It was a real miracle, a resurrection from the dead.

Chapter Four: Ethical Problems and Consequences

Of course, the resurrection of the dead caused many ethical problems. Some believed that this was unnatural and that man should not interfere in God's affairs. After all, life and death are a sacrament that is beyond the control of the human mind. The resurrection violated the natural order of things, turned the idea of life and death upside down.

Others feared that this would lead to overpopulation of the planet. After all, if it is possible to resurrect the dead, then why limit the birth rate? The earth is not rubber, its resources are limited. Resurrection could lead to hunger, disease, social conflict.

There were also those who feared that the resurrection would become an instrument of power and control. After all, the one who owns the technology of resurrection can dictate their terms, manipulate people, play on their most secret feelings.

But there were also those who rejoiced at the opportunity to bring back their loved ones. They saw nothing wrong with it; on the contrary, it was a chance to correct the mistakes of the past, to say unspoken words, to spend a little more time with those they loved. For them, resurrection was not a violation of the laws of nature, but a triumph of human genius, a victory over death.

Professor Rosenfeld understood that his invention could have unpredictable consequences. He knew that resurrection was not just a scientific experiment, it was an intervention in the very foundations of human existence. But he believed that it would help people cope with the grief of loss and give them new hope. He believed that resurrection was not the end, but a new beginning.

Chapter Five: The Future of the RESURRECTION Project

The Resurrection Project continues to evolve. Scientists are working to make the process of resurrection more accessible and safer. They are improving the technology of recording and reproducing memory, looking for new ways to connect it with DNA, and developing ethical standards and rules governing resurrection.

They are also exploring the possibility of resurrecting not only humans, but also animals and plants. After all, every living being has the right to a second life, to a new opportunity.

Perhaps in the future we will be able to resurrect everyone we have lost. And this will be a real miracle, a new era in the history of mankind. An era in which death will no longer mean the end, but only a temporary pause, a respite before a new journey.

МЕМУАРЫ НЕРOЖДЁННЫХ — РАССКАЗ ДВЕНАДЦАТЫЙ

Этот текст — часть цикла «Мемуары нерождённых».

Пространство

Рассказ двенадцатый, последний

Казалось бы, на этом можно поставить точку и завершить этот цикл «Мемуаров нерождённых». Но жажда творчества неутолима. И именно она породила рассказ о неродившемся пространстве, который завершает этот цикл.

Иллюстрация Сони к рассказу «Пространство» из цикла «Мемуары нерождённых».

Может показаться, что оно было всегда и старо как этот мир. Кажется странным думать иначе. Такое бесконечное, тёмное, бездонное. Такое осязаемое. Эдакая колыбель всего сущего, безмолвная утроба, где зарождаются звезды и галактики, расширяясь быстрее скорости света, как предсказывал Хаббл. Эдакое равноправное временно́е измерение, в котором нерождённый Бог грезил о сотворении мира, искривляющееся и растягивающееся под воздействием темной материи и темной энергии, подобно ткани на струнах вселенской арфы, как описывал Эйнштейн в своей теории относительности.

В его бесконечности, состоящей из квантовой пены, рождаются и умирают миры, вспыхивают и гаснут звёзды, танцуют кометы, оставляя за собой шлейфы из газа и пыли. Оно обнимает их всех, дает им место, чтобы быть. Оно – сцена, на которой разворачивается грандиозная драма мироздания, где нерождённая планета могла бы стать домом для нерождённого человечества, а гравитация, искривляющая пространство-время, могла бы связать их всех воедино.

Оно ощущает, как нерождённое время течёт сквозь него, искривляясь и замедляясь вблизи массивных объектов, как утверждал Эйнштейн. Оно слышит шепот звездной пыли, рождение новых солнц в огненных вихрях термоядерного синтеза, крики умирающих миров, схлопывающихся в черные дыры, где, как предполагал Хокинг, рождаются новые вселенные. Оно – свидетель всего, что могло бы быть, но так и не стало явью, существуя в бесконечном множестве параллельных вселенных, как предполагает теория струн.

Оно видит в своих грёзах будто наяву нерождённый город, полный жизни и света, где нерождённые близнецы могли бы играть на улицах, а нерождённая семья могла бы собираться у камина, чтобы поделиться своими нерождёнными воспоминаниями. Оно видит нерождённую певицу, чей голос мог бы заполнить его мелодиями и песнями, которые так и не прозвучали, разносясь по его бесконечным просторам со скоростью света, как описывал Максвелл.

Но всё это лишь грёзы. Известное нам пространство, по сути, не более, чем пустота, которая никогда не была заполнена. Ничто, которое никогда не стало чем-то. 

Нерождённое пространство, которое останется нерождённым навсегда, растворяясь в бесконечности небытия, подобно снам, исчезающим с рассветом. И вместе с ним исчезает и читатель этих строк, ведь его нет и не может быть вне пространства. Как и самого автора этих строк, неродившегося в нерождённом пространственно-временном континууме.  

26 июля 2024

← Рассказ 11 | Конец цикла

THE OMINOUS TREES

Night draped its inky veil over the edge of the ancient forest. A spectral whisper of wind snaked through the gnarled branches of colossal trees, twisted and deformed by time and the elements. Their silhouettes, grotesquely contorted, resembled the clawed limbs of ravenous beasts. Oak-sorcerers, cedar-enchanters, pine-monsters – each one seemed the embodiment of primal terror.

The wind's whisper swelled into a chilling howl, as if the forest itself warned of mortal danger. Legends spoke of Death dwelling among these trees, lying in wait for unwary travelers. Some trees were said to take the form of an old woman with a scythe, frozen in eternal anticipation. Others saw in them the Horseman of the Apocalypse or a monstrous dragon, born of the darkest nightmares.

The few who dared to tread upon this cursed ground returned with tales that chilled the soul. They whispered of trees that came alive in the darkness, tearing themselves from the earth with a crackle of roots, and pursuing their victims. These stories passed from mouth to mouth, growing with each retelling, their details becoming more gruesome and horrifying.

But the truth was far more terrifying than fiction. The trees truly lived a life of pain and suffering. They burned in fires, shattered under the onslaught of storms, withered from thirst, and rotted from excess moisture. But their most fearsome enemy was man.

Humans ruthlessly exploited the trees for their own needs, never considering the pain they inflicted on these defenseless beings. The trees silently endured their first execution, falling to the ground with a soundless cry of despair. Their sap and resin became tears, and the crackling of burning wood in stoves and fireplaces – a final scream before their second and final death.

Those who managed to survive were changed. Their appearance grew more menacing, as if they sought to frighten away their tormentors. But behind this mask of terror lay only deep sorrow and the despair of vanishing giants.

A lone traveler, lost in the woods, shivered from cold and fear. He heard the trees whisper, saw their sinister silhouettes swaying in the darkness. Suddenly, the earth beneath his feet trembled, and a chilling groan erupted from the roots of the nearest oak. The traveler turned to flee, but it was too late. The tree's branches, as if alive, wrapped around his legs and pulled him down. He screamed, but his cry was swallowed by the rustling of leaves and the howling of the wind.

The next morning, only torn clothes and traces of blood were found at the forest's edge. Another victim of the cursed forest, another soul claimed by the trees, thirsting for revenge.

August 3, 2024

ЗЛОВЕЩИЕ ДЕРЕВЬЯ (2024)

ЗЛОВЕЩИЕ ДЕРЕВЬЯ

Ночная тьма окутала опушку древнего леса, словно чернильная завеса. Ветер, словно призрачный шепот, пробирался сквозь переплетённые ветви гигантских деревьев, искаженных временем и стихией. Их силуэты, причудливо изогнутые, напоминали когтистые лапы чудовищ, жаждущих крови. Дубы-колдуны, кедры-чародеи, сосны-монстры – каждое из них казалось воплощением первобытного ужаса.

Шепот ветра перерастал в жуткий вой, словно лес предупреждал о смертельной опасности. Легенды гласили, что сама Смерть обитала среди этих деревьев, поджидая неосторожных путников. Говорили, что некоторые деревья принимали облик Старухи с косой, застывшей в вечном ожидании. Другие видели в них Всадника Апокалипсиса или чудовищного дракона, порождённого самыми темными кошмарами.

Те немногие, кто осмеливался ступить на эту проклятую землю, возвращались с леденящими душу рассказами. Они шептали о деревьях, оживающих в ночной мгле, вырывающихся из земли с треском корней, и преследующих свои жертвы. Эти рассказы передавались из уст в уста, обрастая новыми ужасающими подробностями.

Но правда была куда страшнее вымысла. Деревья действительно жили своей жизнью, полной боли и страданий. Они горели в пожарах, ломались под натиском бурь, умирали от жажды и гнили от избытка влаги. Но самым страшным врагом для них был человек.

Люди безжалостно использовали деревья для своих нужд, не задумываясь о том, какую боль причиняют беззащитным созданиям. Деревья молча сносили первую казнь, падая на землю с беззвучным криком отчаяния. Их сок и смола становились слезами, а треск горящей древесины в печах и каминах – последним воплем перед второй и окончательной смертью.

Те же, кому удавалось выжить, менялись. Их внешний вид становился все более устрашающим, словно они пытались отпугнуть своих мучителей. Но за этой маской ужаса скрывалась лишь глубокая печаль и отчаяние исчезающих исполинов.

Одинокий путник, заблудившийся в лесу, дрожал от холода и страха. Он слышал шепот деревьев, видел их зловещие силуэты, колышущиеся в темноте. Внезапно земля под его ногами задрожала, и из-под корней ближайшего дуба вырвался жуткий стон. Путник бросился бежать, но было уже поздно. Ветки дерева, словно живые, обвили его ноги и потянули вниз. Он закричал, но его крик потонул в шелесте листьев и вое ветра.

На следующее утро на опушке нашли лишь разорванную одежду и следы крови. Ещё одна жертва проклятого леса, ещё одна душа, забранная деревьями, жаждущими мести.

03.08.2024