Писатель Илья Розенфельд

Настоящая, искренняя забота и любовь, это когда ваш ребёнок подходит к близкому вам человеку и спрашивает: «Мой папа счастлив с тобой?». И ему соврать невозможно. Вернее, возможно. Но он сразу различит фальшь, и вы навсегда потеряете его доверие. А значит, потеряете близкого вам человека. Только дети бывают такими искренними и настоящими. И если они буду видеть вокруг только фальшь, со временем, и они могут стать фальшивыми. Взрослыми. Начиная фальшивить, мы убиваем в себе ребёнка, а из своего ребёнка творим фальшивого взрослого. И в нём тоже умирает ребёнок. Искренний, любящий, заботливый. Не убивайте в себе ребёнка. Не убивайте любовь в себе и любовь к себе.

На первый взгляд, он был самым обычным. Белый фартук, потёртый фургон и стандартный набор: клубничное, малиновое, шоколадное, ванильное. Он готовил его сам, по старинным рецептам, и продавал недорого, едва сводя концы с концами. К фургону подошёл господин в идеально отутюженном костюме. Его лицо напоминало застывшую маску благопристойности, а голос был сухим, как прошлогодняя листва. — Ванильное. В стаканчике, — бросил он, глядя поверх головы продавца. Старик протянул ему хрустящий рожок и тихо произнёс: — Вкус зависит не от названия, а от того, на что Вы решитесь. Вкус зависит не от названия, а от того, на что вы решитесь. Господин брезгливо принял стаканчик из рук старика. Но стоило первому холодному шарику коснуться языка, как мир вокруг него дрогнул. Кокон из вежливых фраз, натянутых улыбок и вечного страха «что скажут люди» начал трещать по швам. Его плечи, застывшие в каменном напряжении, вдруг обмякли. Он медленно стянул галстук, сунул его в карман и, к изумлению прохожих, уселс...